Ваш город...
Россия
Центральный федеральный округ
Москва
Белгород
Тула
Тверь
Кострома
Калуга
Липецк
Курск
Орел
Иваново
Ярославль
Брянск
Смоленск
Тамбов
Владимир
Воронеж
Московская область
Рязань
Северо-Западный федеральный округ
Санкт-Петербург
Вологда
Псков
Мурманск
Сыктывкар
Калининград
Великий Новгород
Архангельск
Ленинградская область
Петрозаводск
Южный федеральный округ
Краснодар
Астрахань
Элиста
Майкоп
Ростов-на-Дону
Волгоград
Крым/Севастополь
Северо-Кавказский федеральный округ
Дагестан
Владикавказ
Нальчик
Черкесск
Ставрополь
Магас
Грозный
Приволжский федеральный округ
Пенза
Оренбург
Уфа
Ижевск
Чебоксары
Саранск
Йошкар-Ола
Киров
Пермь
Нижний Новгород
Самара
Саратов
Казань
Ульяновск
Уральский федеральный округ
Екатеринбург
Курган
Тюмень
Челябинск
Югра
ЯНАО
Сибирский федеральный округ
Иркутск
Томск
Омск
Горно-Алтайск
Кемерово
Кызыл
Барнаул
Красноярск
Новосибирск
Абакан
Дальневосточный федеральный округ
Улан-Удэ
Чита
Магадан
Южно-Сахалинск
Якутск
Биробиджан
Петропавловск-Камчатский
Владивосток
Благовещенск
Хабаровск
Аналитика

Оттягивание коллапса: Долги по страховым взносам Ульяновской области неизбежно растут

Оттягивание коллапса: Долги по страховым взносам Ульяновской области неизбежно растут
Фото автора
В декабре минувшего года долги бюджетных организаций Ульяновской области из-за неуплаты социальных взносов достигли 1 миллиарда и 613 миллионов рублей. Катастрофическая задолженность привела к блокировке счетов десятков учреждений. Спустя год ситуация не изменилась — несмотря на серию погашений, долг вновь вырос до 1 миллиарда и 635 миллионов. Но погашения ли это были?

Небольшая вводная: задолженность по страховым взносам Ульяновской области начала расти в 2017 году. Тогда суммы были относительно небольшими — около 200 миллионов. Однако каждые два месяца задолженность вырастала примерно на 130 миллионов. К 2018 году рост задолженности ускорился — теперь за два месяца долг «прибавлял» уже по 200 миллионов. Речь идет только о задолженности бюджетных организаций — они составляют около 60% всего массива долга (с учетом индивидуальных предпринимателей и юрлиц вся задолженность составляет 2 миллиарда и 606 миллионов).

Показатель превыше всего

Проще говоря, школы, больницы, администрации районов в какой-то момент попросту перестали платить страховые взносы за своих сотрудников, вероятно, деньги потребовались для других задач. Сами они принять такое решение, разумеется, не могли — невозможно себе представить, что 1 600 бюджетных организаций в едином порыве, без оглядки на областное руководство, начнут игнорировать долговые обязательства.

Зачем понадобилось изыскивать дополнительные средства? Например, для достижения «целевых показателей» при подготовке отчетов, касающихся социально-экономического развития области, для выполнения параметров Майских указов. Парадоксальный факт: наибольший уровень исполнения показателей неофициально зафиксирован в районах именно с наибольшей долговой нагрузкой бюджетных учреждений.

Это могло выглядеть так: «указы…» четко привязали зарплату, к примеру, социального работника, учителя, врача к средней по региону. Область, для достижения этого результата, отдала негласное распоряжение руководителям учреждений — любыми «стимулирующими» довести зарплату подпадающих под указ специалистов до средней. Когда руководители учреждений спросили у области, где брать на это деньги — им посоветовали «изыскивать их из собственных бюджетов самостоятельно…».

Проблема в том, что изыскивать было неоткуда: так учреждения попросту перестали платить «по счетам», перебрасывая деньги на другие статьи расходов. Это не значит, что другого выхода не было: разумеется, поднимать зарплаты было нужно, но для этого иные регионы сокращали бюджетные расходы на областном уровне и увеличивали финансирование учреждений. В Ульяновской области сокращать расходы не стали, вероятно, чтобы «не портить показатели». Таким образом, страх за репутацию победил экономический расчет; оказалось, что достигать показателей можно и за счет увеличения долговой нагрузки.

Кредит для кредита

В этой связи долги именно по страховым взносам — лишь «кирпичик» общей задолженности региона. В конце 2018 года, когда общая задолженность Ульяновской области превысила 10 миллиардов, губернатор Ульяновской области Сергей Морозов заявлял, что «…региону необходимо дополнительно изыскать 10 миллиардов рублей…» не уточняя, на что. На последней конференции «Единой России» уже в этом году он говорит о 20 миллиардах — значит ли это, что совокупный долг вырос в два раза — и за счет чего, если, к примеру, долг по социальным взносам растет стабильно, но не двукратно?

Возможно, за счет перекредитовок, которые совпадают с датами внесения платежей по долгам и от части — с суммами. Простой пример: в июле задолженность по страховым взносам области составляла 1 миллиард и 258 миллионов. Затем, за три месяца, к октябрю, она выросла на 377 миллионов. Именно эту сумму — 377 миллионов — министерство финансов сейчас берет в кредит. Об этом 18 октября сообщил портал Ulnovosti.ru, где вышел материал под заголовком «Министерство финансов Ульяновской области берет два кредита, один на 240 миллионов рублей, второй на 137 миллионов 860 тысяч рублей».

То есть аккурат в октябре, когда задолженность вырастает на 377 миллионов, минфин берет именно 377 миллионов в кредит.

Теперь главное — на «обслуживание кредитной линии» только по этому кредиту в этом году закладывается 10 миллионов, в следующем и 2021 — по 80 миллионов. Данные о кредитах субъектов федерации являются закрытыми, несмотря на то, что сами аукционы проводятся по 44-ФЗ; в открытых источниках информация не размещается; тем не менее, и по закупкам можно сделать вывод о том, как работает «перекредитовка». К примеру, так: мэрия города Ульяновска берет кредит в полмиллиарда рублей с целью погашения ранее взятых кредитов. Реальная история августа этого года.

Статистический показатель: прирост государственного долга в абсолютном выражении за девять месяцев 2019 года в Ульяновской области составил 1,8 миллиарда рублей. Показатель — второй в России после Хабаровского края.

По данным областного министерства финансов, размещенном на официальном сайте структуры («Структура консолидированного государственного долга Ульяновской области на 01 октября 2019 года»), общий объем долга по обязательствам на 1 октября составляет почти 31 миллиард рублей (учитывается долг самого субъекта и муниципальных образований). В структуре долга — 11 миллиардов бюджетных кредитов и еще около 15 миллиардов кредитов от банков. Оставшиеся пять миллиардов — долги по государственным ценным бумагам. Речь только о кредитах, здесь не учитывается задолженность перед федеральными структурами по текущим платежам, к примеру, бюджетных организаций. Совокупная сумма задолженности бюджетных структур вне долга области, по некоторым данным, превышала 10 миллиардов в конце 2018 года, а к этому году (подробная сводная статистика по всем категориям задолженности не ведется — но мы говорим о долгах бюджетников по теплу, газу, электроэнергии, налогам, страховым платежам) достигает 20 миллиардов. Таким образом, общая задолженность по всем статьям и по кредитам может достигать 50 миллиардов, что сопоставимо с бюджетом Ульяновской области.

Кстати, указом премьер-министра Дмитрия Медведева ставка коммерческих кредитов для субъектов федерации завязана на ключевую ставку центрального банка. Которая сейчас составляет 6,5%. Нетрудно подсчитать, что даже без учета комиссий и обслуживания кредитов только по процентам регион теряет около миллиарда в год.

Преддефолтное

Миллиард в год на проценты по кредитам при общем бюджете в 50-60 миллиардов — это катастрофический показатель; при этом скачкообразный характер погашения долга по страховым платежам или перед ресурсопоставляющими организациями доказывает, что кредитные средства идут именно сюда. Однако «тело долга» из-за накопления каждые несколько месяцев новой текущей задолженности по страховым (к примеру) взносам не уменьшается, при этом область каждый раз перекредитовывается на большую сумму для погашения этого долга. Это значит, что суммы первоначальной задолженности перед федеральными структурами не будут уменьшаться, а долги

перед коммерческими организациями будут расти перед каждым отчетным периодом. Рост стоимости обслуживания кредитов будет вынуждать брать все большие кредиты для погашения долга, до тех пор, пока средств бюджета будет хватать на внесение текущих платежей по кредитам.

В нынешнем положении даже при условии резкого выделения средств на погашение первоначального долга по страховым платежам, останутся колоссальные недоимки перед кредитными организациями, которые не позволят выполнять показатели на должном уровне в плановом режиме. При этом у субъекта есть только три возможных бюджетных маневра:

— Начать перекредитовку в федеральном бюджете для погашения долгов в коммерческих банках — в этом случае область быстро выйдет в «топ» неблагополучных регионов России по долгам перед центром, что, в конечном счете, может привести к введению внешнего управления в той или иной форме (и к неизбежным отставкам).

— Признать несостоятельность экономической политики, направить массив доходов на погашение текущей задолженности всех категорий и радикально снизить расходы— даже по крайне болезненным направлениям, вроде ремонта дорог. Этот маневр так же чреват неизбежными отставками — как и в предыдущем случае, с возможными уголовными делами.

— Оставить все как есть, продолжая перекредитовку в коммерческих банках и допуская рост долга. Этот маневр неизбежно рано или поздно приведет к техническому дефолту — платежи за обслуживание кредитов и на оплату процентов будут расти по экспоненте, и в очень скором времени средств не будет достаточно для внесения платежей.

…Однако последний вариант предполагает отсрочку катастрофы (при увеличении ее масштабов). Отсрочка — это попытка дотянуть с решением проблемы до следующих губернаторских выборов, так, чтобы решение ее и соответствующие репутационные потери легли на плечи других руководителей.

Именно поэтому задолженность по страховым платежам, скорее всего, продолжит скачкообразно расти — совпадая в «пиках» своего погашения с новыми коммерческими кредитами. И это неизбежно отразится на жителях региона — которым, уже через несколько лет, придется нести на себе этот долговой груз, оказавшись в ситуации сокращения расходов уже по абсолютно всем статьям.

С другой стороны, задолженность отражается на жителях региона уже сейчас — в заблокированных счетах бюджетных организаций (по решению суда). Заблокированные счета — это невозможность вообще как бы то ни было оперировать средствами до погашения долга по страховым (к примеру) платежам; «временное решение» было найдено и тут — счета, похоже, «разблокируют» в день зарплаты сотрудников, а потом блокируют снова. Решает ли это проблему с задолженностью? Нет. Но позволит ли это «дотянуть» до следующего политического сезона, оставив мину замедленного действия другому руководству региона? Наверное, да. Правда, на мине этой до кучи рискуют подорваться и простые жители области.

Подборка интригующих новостей, подписывайтесь в Яндекс Дзен
Яндекс.Метрика